Автор: doktor
3-01-2015, 20:11

Закон, есть закон. Для всех?

Этот закон Россия с нетерпением ждала девяносто семь лет. В Госдуме проголосовали почти сто процентов депутатов, кроме двух, фамилии которых не буду разглашать. Скажу только, что они отпетые матершинники. Один было хотел воздержаться, но взглянув на портрет предводителя дворянства, нажал кнопку «ЗА». Каждый второй считает себя потомственным дворянином, аристократом, а на самом деле они олигархи и никогда не будут предлагать меру наказания в виде конфискации имущества и валютных сбережений. Доводы просты — невозможно определить сколько, где и когда, и особенно кто хозяин богатства. Ну, это неважно. Закон принят.

Складывается впечатление, что до революции никто не ругался, и только переворот дал свободу слова. Уж теперь можно выплеснуть все эмоции после многовекового молчания, тем более сама жизнь подталкивала к крутому разговору понятному всем слоям населения. Свободная Россия разговорилась, да так, что её не остановишь. Мат стал мотивацией к учёбе, работе, службе в армии, в общем, во всех отраслях трудовой деятельности. Жизнь продолжала совершенствовать русский язык. Иностранцы еле-еле понимали и говорили на нашем языке, но совершенно чётко освоили мат, и когда не знали какого-либо слова, успешно вставляли крепкое словцо.

Но вдруг, там наверху услышали голос народа, и ахнули, а может тоже, крякнув, подкрепили словцом. Сам не слышал, не знаю, но говорят. Для того чтобы народ перестал ругаться, и скажу больше, чтобы не ругали власть достаточно улучшить жизнь или запретить мат в законодательном порядке. Вы попробуйте отгадать с двух раз. Правильно, наверху решили, что самым дешёвым способом явилось запрещение волеизъявления при помощи закона. А впоследствии может он приносить доход, в виде колоссальных штрафов.

Так я рассуждал, прогуливаясь по бывшему Тверскому-Ямскому переулку. Много лет назад мостовая была покрыта булыжником, почти каждый дом имел ворота, и в подворотне развлекалась местная шпана. Знаменитая фабрика «Дукат» сейчас снесена, как и дом в котором прошла моя юность. На перекрёстке с Брестской улицей увидел толпу оживлённо что-то обсуждающую. Я подошёл, остановился. На фанере наспех прибитой к стене здания были приклеены листовки отпечатанные крупным шрифтом. Те, кто прочитал первые тексты, переходили к последующим листовкам. Очередь двигалась медленно, а толпа увеличивалась. Подходящие к стенду москвичи и гости столицы спрашивали впереди стоящих: «Что случилось?». Все с удовольствием пересказывали причину столпотворения, хотя сами ещё не смогли прочитать написанное на фанере. Я попытался протиснуться поближе, но вы знаете, как реагирует толпа на больно шустрых господ (по-старому — товарищей). Кроме мата, были угрозы физического воздействия, и я, молча, повиновался демократическому собранию. Толпа стала напирать, требовала, чтобы читали быстрее, но о каком скорочтении может идти речь, когда мало кто читает, да и, то СМСки.

Так я простоял полчаса, и продвинулся всего на метра два, но читать было трудно из-за низко расположенной фанеры. Стал рассматривать тех, кто уже мог хорошо видеть эту «стенгазету». Вот стоит женщина довольно средних лет, по губам можно понять какую строчку она читает. Иногда её лицо искажается так, что кажется, ест она лимон вместе с кожурой. Через несколько строчек женщина светится, улыбка не сходит с её лица, и пытается записать всё предложение на обложке глянцевого журнала. Толпа кричит: «Прочитала — уходи!». Она переходит к другой листовке. Пока я наблюдал за женщиной, двое парней, которые, видимо, служили в ВДВ, протиснулись в первые ряды, и стали читать вслух все четыре запрещённых слова вместе с двадцатью производными. Их громоподобный хохот прервал чтение других. Последние ряды толпы требовали повторения прочитанного, но громко и с хорошей дикцией. Ребята согласились с условием, что добавят репертуар своего командира отделения сержанта Приходько. И повторили. Хохот оглушил переулок и жилой дом, на стене которого опубликовали долгожданные слова и сочетания. На третьем этаже истошно кричала женщина: «Хулиганьё, полиция!». А полиция уже на месте и автобус за углом под парами. Десантников под белы рученьки проводили к машине для составления протокола.

Увидев действия полицейских, толпа любителей русского языка, постепенно стала рассасываться, и я спокойно приблизился к основам законодательства. Слева с заглавием: "Запрещается произносить вслух, писать, распространять, употреблять в СМИ, следующие слова и словосочетания их производных. Следует таблица.

Запрещённые выражения  Рекомендованные замены

……………………………………………     Идите на чай к тёще

……………………………………………     Идите в баню с ногами

……………………………………………     Ну, Ё моё

……………………………………………     У ПэРэСэТэ

……………………………………………      Мать моя – женщина

…………………………………………      О ПэРэСэТэ, в крайнем случае, Ё КаЛэМэНэ

…………………………………………ня    НЯ, при очень плохом отзыве — НЯ, НЯ

…………………………………………………   ЯпоноМать или Японский Бог

………………………………………………ь   Блинь, Блюмь, Блянь… и т.д.

Я не могу перечислить все слова и словосочетания их больше сотни, и тем более заменяемость в различных ракурсах разговорной речи. Но за, то есть список льготников, для которых штрафы со скидкой от 50 до 90%. Сюда вошли: Участники и ветераны ВОВ, Афганской, Чеченских войн; участники боевых действий, Чернобыльцы, инвалиды 1 и 2 группы, беременные (с многоплодной беременностью), многодетные семьи, реабилитированные по 58 статье (вот это про меня). Всего льготников 21 позиция.

В самом низу очень мелким шрифтом список граждан освобождённых от взимания штрафа за изречения четырёх слов и их производных. К ним относятся:

Все министры и их заместители, депутаты всех уровней, чиновники — все, командиры армейские и особенно полицейские со званием не ниже капитана, дети до семи лет, гости на праздновании Дня Конституции, лица освобождённые по УДО.

Если вы помните, то В. Ленин в молодости защищал пьяного богохульника, который в храме позволил себе матерно отозваться в адрес Императора. За это ему грозило заключение на 15 лет каторги. Молодой адвокат убедил суд в том, что он совершил преступление по недомыслию, необразованности и в пьяном виде. В заключение суда — один год тюрьмы вместо 15 лет. Вот забота о народе!

Далее следовало: «Возложить контроль за соблюдением закона на полицейских со всеми полномочиями. Чистота русского языка — здоровье нации».

Вот Блянь, Ё КаЛэМэНэ — другого не скажешь.

Категория: Рассказы 25783